В минувшую субботу в одном из городских пабликов появился пост о вызове скорой помощи к лежащему на улице мужчине. Автор публикации выразила недоумение по поводу времени, затраченному диспетчером на вопросы. В частности, сотрудница «скорой» обстоятельно выспрашивала конкретное место, где находится пострадавший.
О том, для чего диспетчеры задают те или иные вопросы, мы спросили у главного врача ноябрьской ССМП Виктора Гордиенко.
— Виктор Константинович, читали пост? Ваше отношение к подобным публикациям?
— К сожалению, времени мониторить социальные сети круглосуточно нет. Но все острые и актуальные для людей материалы не проходят мимо. Что касается моей оценки, социальные сети — это, своего рода, лакмусовая бумага, позволяющая определить потребности жителей города, их настроение. И этот пост — не просто некий текст, написанный неким человеком. Женщина искренне озаботилась состоянием человека, лежащего на земле, и выразила свой вопрос о его дальнейшей судьбе таким образом. То, что в ее посте была неверная оценка работы фельдшеров по приему вызовов, это довольно распространенное среди населения мнение. Мол, зачем они задают столько вопросов, тратят время. Но есть и положительный момент, который мы отмечаем в последнее время. В комментариях все больше верной оценки действий сотрудников, которые принимают вызовы. Все больше понимания, что каждый вопрос диспетчер задает не просто так. Есть жесткий алгоритм. Диспетчер не имеет права отправить бригаду неизвестно куда. Он должен очень четко понимать, в каком доме больной, в каком подъезде и квартире. С какой стороны к подъезду заехать, работает ли домофон, и затем лишь будут вопросы о состоянии, его возрасте и так далее.
— Почему так?
— Параллельно с общением по телефону диспетчер вносит данные в карточку вызова, которая вручается выездной бригаде. Мы всегда предполагаем самое худшее: бывают ситуации, когда человек теряет сознание во время вызова, либо связь обрывается. Поэтому самая важная информация – куда ехать. Бригада выезжает и далее уточненная информация будет передаваться по рации. Если будет необходимо, вызываются спасатели для проникновения в квартиру. Согласитесь, логики в том, чтоб знать, что случилось с пострадавшим, но не иметь информации, где он – очень мало.
— Но в данной ситуации была улица. Вроде бы все проще?
— С вызовами на улице тоже свои сложности. Человек заметил лежащего, проходя мимо. Сообщил в «скорую» и пошел дальше. Увидит ли лежащего бригада из окна автомобиля? Заметен ли он вообще с дороги? Он еще лежит на месте или уже встал и ушел? Бывает, бригада минут по пятнадцать кружит по району в поисках таких больных.
— Какой выход? Не вызывать «скорую» на лежащих на улице людей?
— Вызывать необходимо! Здесь сомнений быть не должно. Лежащий может быть пьяным, может быть больным. А может быть и пьяным, и больным. Для нас он прежде всего человек, который в любом случае нуждается в помощи. Но если, вызывая «скорую», вы поможете сотрудникам – мы будем только благодарны!
— Каким образом обычные граждане могут помочь?
— Первым делом правильным вызовом самой скорой помощи, пониманием того, что диспетчер время попусту не тратит. Вторым – если есть возможность, остаться с нуждающимся в помощи до прибытия бригады. Как правило, это не займет много времени. Ваше присутствие необходимо не для карательных санкций за некий ложный вызов (такое мнение тоже периодически бытует среди комментаторов социальных сетей). Вы нужны для того, чтобы в случае, если человек встал и пошел (это самое распространенное продолжение подобных вызовов), дополнительно сообщить диспетчеру об изменении местоположения этого человека. Диспетчер по рации переориентирует бригаду, не будет потрачено время «скорой» на кружение вокруг места вызова.
— Ну а что касается причины нашего разговора, вызова в то субботнее утро, вы можете ответить на вопрос жительницы – приехала ли скорая помощь на место, что стало с тем человеком?
— Да, конечно. Диспетчер приняла вызов в 6 часов 15 минут. Через пять минут бригада была на месте. Где фельдшеры увидели, как мужчина встал, справил малую нужду и ушел.