Наша редакция при поддержке Регионального управления Федеральной службы безопасности России по Тюменской области запускает цикл журналистских статей о предателях Родины. Это стало возможным благодаря тому, что ведомство рассекретило архивные материалы с 1949 по 1953 годы в рамках двух проектов — «Обелиск» и «Без срока давности».
Неотвратимость возмездия
После Победы в Великой Отечественной войне перед советскими органами госбезопасности поставлена новая задача – розыск фашистских пособников, бывших полицейских, старост, карателей.
Государственные преступники, запятнавшие себя сотрудничеством с немцами, пытались скрыться от правосудия в отдаленных от центра страны районах. Обширные малоосвоенные территории Ямало-Ненецкого округа Тюменской области подходили для этого как нельзя лучше. В послевоенные годы тюменскими органами безопасности выявлены десятки особо опасных государственных преступников, впоследствии они предстали перед судом и понесли заслуженное наказание.
7 января 1949 года начальник Ямало-Ненецкого окружного отдела УМГБ Тюменской области майор Лугвин получает подписанное военным прокурором постановление на арест особо опасного государственного преступника Павла Ивановича Шоцкого, на протяжении нескольких лет разыскиваемого четвертым Управлением МГБ СССР и скрывающегося в Салехарде.
Из уголовного дела
«Шоцкий Павел Иванович 1922 года рождения, уроженец деревни Сенно Любчанского района Барановической области, без определенных занятий, нигде не работает. Беспартийный, белорус, гражданин СССР. Каратель, перешел на сторону врага, предатель и пособник».
На следующий день чекисты арестовывают Шоцкого и предъявляют ему обвинение в измене Родине. На допросе задержанный рассказал заранее продуманную легенду: с начала войны он якобы сражался в рядах РККА под Минском, получил ранение, попал в плен, был освобожден советскими войсками. Майор Лугвин взял под личный контроль проведение следственных мероприятий по делу предателя Шоцкого. Следователи провели тщательное дознание, по крупицам собирая конкретные факты его преступлениях. В установлении истины помогли трофейные немецкие архивы. В них были обнаружены отпечатанные в типографии на немецком и белорусском языках «Verpflichtung/Абавязальнiцтва» («Обязательство»), которые подписывали перешедшие на сторону врага фашистские пособники: «Беру на себя обязательство служить в полиции. Я обязуюсь безупречно выполнять все задания, какие будут даваться немецкими начальниками и моими полицейскими начальниками. Я обязуюсь быть послушным, верным и мужественным». Одно из таких «Обязательств» подписано «Schotski Paul soldat». Путем обстоятельных допросов арестованного, сотрудники органов безопасности добились правдивых показаний о конкретных фактах его преступной деятельности, участии в расстрелах советских граждан и в других карательных операциях. В итоге подозреваемы Шоцкий признался, что служил в немецкой полиции, но твердо стоял на своем, что лишь патрулировал улицы и охранял немецкие объекты. Но органы безопасности предъявили преступнику самые веские доказательства – свидетельские показания.
После войны пережившие ужасы оккупации односельчане Шоцкого разъехались по разным городам СССР, но они хорошо помнили бывшего полицейского. Так органам безопасности стала известна страшная правда о службе Шоцкого в полицейском отряде. Перед лицом обвинений уцелевших свидетелей преступник признал свою вину и дал показания о расстрелах партизан, карательных операциях, сожжении целых деревень вместе с жителями. Все фактическое перечисление преступлений Шоцкого заняло в деле несколько страниц.
Любчанское гетто
Вот что стало известно из его показаний. Летом 1941 года стремительно продвигающиеся на восток фашистские войска захватили большую часть Белоруссии, оккупационный режим установлен и в родном селе Шоцкого – местечке Любча. Девятнадцатилетний Павел Шоцкий также как и его сверстники берет в руки оружие. Но не для того, чтобы защищать Родину – он добровольно поступает на службу в немецкую районную полицию. С особой жестокостью фашисты проводят массовые расстрелы мирного населения и карательные операции против партизан. К карательным операциям привлекаются полицейские, нанятые из местных жителей. Шоцкий принимает непосредственное участие в массовых убийствах своих односельчан, в основном, женщин и детей.
Из «Акта о зверствах», составленного Любчанской районной чрезвычайной комиссией 16 марта 1945 года: «13 июня 1942 года Литовской карательной экспедицией с участием полиции и жандармерии произведен массовый расстрел гражданского населения в Любче (место принудительного переселения евреев). К смертельному приговору расстрелу подлежали жители всех возрастов, включая стариков и детей. Всего расстреляно 1531 человек, из них: мужчин 301 человек, женщин 470 человек, детей – 660 человек. Обреченных перед казнью раздевали, а затем прикладами и палками загоняли живых в яму, вырытую самими же обреченными, куда были направлены фашистские автоматы и винтовки. По окончанию злодеяния ямы зарывались, несмотря на то, что многие были только ранены» (орфография и пунктуация оригинала сохранены).
В составе полицейского отряда Шоцкий принимает участие в казнях партизан, их жен, детей и всех, заподозренных в сочувствии им. Осенью 1941 года на территории Любчанского района создается еврейское гетто, пленники которого используются в строительстве шоссе. После окончания работ в июне 1942 года немецкое командование решает уничтожить ставших ненужными людей и закопать их возле построенной дороги, в яме, из которой брали песок. Полицейским отдается особый приказ – не упустить ни одного человека, никто не должен остаться в живых. Полдня потребовалось двадцати карателям, в том числе и Шоцкому, чтобы расстрелять около 800 человек (по другим данным – 620).
Из протокола допроса Шоцкого: «Я лично находился у ямы не более часа, сколько за это время я убил советских граждан сказать не могу, так как не успевал считать» (орфография и пунктуация оригинала сохранены). Кроме того, Шоцкий участвует в организации массового угона белорусской молодежи на каторжные работы в Германию.
Из «Акта о зверствах», составленного Любчанской районной чрезвычайной комиссией 16 марта 1945 года: «Немцами было вывезено в немецкое рабство жителей Любчанского района 1271 человек, из них: мужчин – 754, женщин – 467 и детей до 16 летнего возраста 49 человек…» (орфография и пунктуация оригинала сохранены).
Бумеранг для палача
В 1944 году советские войска освобождают Белоруссию и Шоцкий вместе с отступающими остатками немецкой армии бежит сначала в Польшу, а потом в Германию. Он вступает в 30-ю дивизию войск «СС», собранную из бывших полицейских, старост и карателей, участвует в боях против союзников. После крушения Третьего рейха преступник опять ускользает от правосудия, выдав себя за русского солдата, попавшего в плен… 24 марта 1949 года Военный Трибунал вынес приговор государственному преступнику Шоцкому. Именем Союза Советских Социалистических Республик он признан виновным и приговорен к высшей мере наказания. Однако в соответствии с принятым в 1947 году Указом Президиума Верховного Совета, отменяющим смертную казнь, Шоцкий отправлен в исправительно-трудовые лагеря на 25 лет с последующим поражением в правах на пять лет.
Дело Павла Шоцкого еще не раз поднимали из архива: в связи с прошениями заключенного о помиловании, в рамках пересмотра уголовных дел осужденных по 58-й статье после ХХ съезда, в соответствии с принятым законом о реабилитации жертв политических репрессий. Но каждый раз вынесенный приговор оставался в силе – предатели своего народа реабилитации не подлежат…